Сколько бы лет ни было нашей дочери, мы всегда должны сохранять в своей душе целостный образ ее сущности. С самого начала мы наблюдали, как слабые зеленые росточки силятся пробиться к свету, и мечтали о том, какими сильными, стройными станут они годы спустя и расцветут пышным цветом. Мы были заботливыми садовниками - подкармливали, укрывали, огораживали, пропалывали, подвязывали и подрезали. Мы помним, что в каждой новой черточке, привычке, поступке дочери всегда был положительный настрой, как бы трудно ни было распознать его сразу, - настрой, который помогал ей найти самое себя, познать свою подлинную суть. По этим слабым признакам мы определяли неповторимость и уникальность своей дочери. Нередко она использовала нас (и порой это было мучительно больно), чтобы сформировать свои собственные границы, чтобы понять, где кончаемся мы и начинается она. Дочь натыкалась на наши ограды, ломала их, вела себя вызывающе, критически относилась к ним, проверяя наши убеждения. Наша терпеливая - и не очень, настойчивость позволила ей сформировать свои собственные взгляды. А мы все время «называли ее имя», чтобы напомнить ей, кто же она есть на самом деле.

И хотя дочери по-прежнему нужны наши поддержка и участие, сейчас мы должны чуть-чуть отступить, сделать шаг назад и дать ей возможность самой найти свой путь. Пойдет ли она уверенно вперед к своему будущему или будет тащиться по обочине, будет ли она ковылять и спотыкаться, продвигаясь в нужном направлении, или рваться куда-то и останавливаться, будет ли назло стихиям парить на крыльях или застрянет в болоте, кинется ли искать приключений на обходных путях или пойдет узкой прямой дорогой к намеченной цели, предпочтет ли уединение или обзаведется компанией, но так или иначе, она будет все время на пути к своему предназначению, к своей судьбе - в ней будет пробуждаться здоровая зрелая женственность.